— Затем, — продолжал Чевиот, — подайте мне знак, что можно возвращаться. И я скажу, кто из вас стрелял, с какого расстояния и что этот человек делал до и после выстрела. Вот и все.

— Все?! — повторил Ричард Мейн, выйдя из оцепенения.

— Да, мистер Мейн.

Адвокат что было сил грохнул кулаком по столу.

— Приятель, да вы безумец! — почти прокричал он. — То, что вы предлагаете, невозможно!

— А все-таки я попробую!

— Бедный старый Том, — не без грусти произнес полковник Роуэн и посмотрел на бурого медведя. — Я подстрелил его в Испании много лет назад. Еще одна пуля ему не повредит… Однако, — воскликнул полковник, — наш гость без труда сумеет определить, с какого расстояния произведен выстрел — по следам пороха.

Чевиоту показалось, что у него переворачивается сердце. Неужели эти люди?…

Его ужас, видимо, разделяли и старший клерк, и адвокат. Мистер Алан Хенли закинул назад крупную лысеющую голову и вытаращил глаза. По его виску медленно скатилась капля пота.

— С-сэр… — начал он.

— Полно, Хенли, вы ведь бывали на войне! Неужели вы никогда не видели, как получаются раны?

— Нет, сэр. Сдается мне… — Мистер Хенли закашлялся и тут же поправился: — Едва ли я видел.

— Если выстрел производится с близкого расстояния, на мундире остаются черные следы. Даже если стрелять с десяти — двенадцати футов, а заряд большой, остаются слабые следы. В другом же, мистер Чевиот… простите, но я нахожу ваше предложение невероятным.

— Невероятным?! — возмутился мистер Мейн. — Да это попросту невозможно! — Он посмотрел на Чевиота: — А давайте побьемся об заклад. Ставлю за то, что у вас ничего не выйдет!

— Мистер Мейн, я… — Чевиот замолчал. К горлу подступил ком; ему стало не по себе. Он замыслил ловкий трюк, притом трюк довольно дешевый. Замечательно представлять, как ты одурачишь невежественных людей своими познаниями. Но когда доходит до дела, вдруг сталкиваешься с некоей непреодолимой преградой…